Дитяча сторінка

Светлана Коппел-Ковтун

«Всех не спасешь!», — кричала во след вбегающей в подъезд Наташе соседка. На руках у шестилетней девочки, уютно устроившись, сидел котенок — комочек пуха и шерсти: маленький, с округлившимися глазенками, ничего уже не боящийся. Девочка так нежно к нему относилась, что пушистый малыш ничуть не беспокоился о своей будущей судьбе. Хотя совсем еще недавно он растерянно бродил по незнакомым улицам, боясь всего и всех подряд.

«Мой родненький! Как же ты напуган! Сейчас, сейчас…», — шептала девочка про себя, поворачивая ключ в замке.

— Мамочка, а у нас новый жилец! — прокричала Наташа, светясь от счастья. Читати далі »: Спасти хоть некоторых!

Мария Коробова

Детская песенка-славословие

             1

Сад листвой украшен,
С нами молится…
Здравствуй, Радость наша,
Богородица!

Припев: Матушка, Заступница,
Православных Спутница!
Сердце светом полнится — Богородица! (2 р.)

2

Днями и ночами
Сердце молится:
Утоли печали,
Богородица!

Припев: Матушка, Заступница,
Православных Спутница!
Сердце светом полнится — Богородица! (2 р.)

3

Нощно или денно
Всякий молится:
Славься, Несравненна,
Богородица!

Припев: Матушка, Заступница,
Православных Спутница!
Сердце светом полнится — Богородица! (2 р.)

Всеукраинский журнал «Мгарский колокол»

Мальчик, который забывал обо всем на свете

Мальчик шести лет очень любил играть со сверстниками. Когда дети играли в считалочку, он забывал обо всем на свете: «Царь, царевич, король, королевич, сапожник, портной, кто ты есть такой?»

– «Сынок, иди скорее обедать!» – слышался из окна голос мамы.

– «Не хочу, мамочка!» – отвечал малыш, а в его ушах звучала считалочка: «Царь, царевич…»

– «Сынок, пора ужинать!» – звала мальчика мама.

– «Ах, мамочка, я не хочу ужинать!» – кричал в ответ малыш и думал: «Как можно обедать или ужинать, когда говорят такие удивительные и прекрасные слова: «Царь, царевич, король, королевич…»?

В то время мальчик мог легко забывать обо всем на свете….

А когда он вырос и стал взрослым, это у него перестало получаться, даже тогда, когда ему очень сильно хотелось вернуть себе этот чудесный дар далекого детства и забыть о проблемах жизни. Тут-то он и понял – что такое детство: это умение забывать мир!

     Чтобы научиться жить одним Христом, следует научиться у детей не жить этим миром!

isihast.ru

Константин Ушинский.
Жили-были себе брат да сестра, петушок да курочка. Побежал петушок в сад и стал клевать зеленехонькую смородину, а курочка и говорит ему:

– Не ешь, Петя! Обожди, пока смородина поспеет!

Петушок не послушался, клевал да клевал, и наклевался так, что насилу домой добрел.

– Ох, — кричит петушок,- беда моя! Больно, сестрица, больно!

Напоила курочка петушка мятой, приложила горчичник — и прошло.

Выздоровел петушок и пошел в поле: бегал, прыгал, разгорелся, вспотел и побежал к ручью пить холодную воду; а курочка ему кричит:

– Не пей, Петя, обожди, пока простынешь.

Не послушался петушок, напился холодной воды — и тут его стала бить лихорадка: насилу домой курочка довела. Побежала курочка за доктором, прописал доктор Пете горького лекарства, и долго пролежал петушок в постели.

Выздоровел петушок к зиме и видит, что речка ледком покрылась; захотелось петушку на коньках покататься; а курочка и говорит ему:

– Ох, обожди, Петя, дай реке совсем замерзнуть; теперь еще лед очень тонок, утонешь.

Не послушался петушок сестрицы: покатился по льду; лед проломился, и петушок — бултых в воду! Только петушка и видели.

В деревне друг о друге все знают: кто, куда пошел и зачем… Если иду в левую сторону от дома, значит – в клуб, а если в правую, то в церковь.

В тот день я пошел в церковь, ведь был великий праздник Рождества Христова. Что пели и читали в храме – я не понял, но на всю жизнь запомнил, как у всех в руках горели свечи, как пели хором, всей церковью.

У меня было торжественно и радостно на душе. Вдруг я услышал, как кто-то тихо сказал: “Без людей земля сирота”. Эти мудрые слова произнесла блаженная Нюрушка, или “простенькая”, как ее звали у нас в селе. Меня поразило, как просветлело ее лицо, когда запели “Верую”. Людей трогало до слез, когда она говорила кому-то, что он “угоден Богу”. Человек говорил: “Нюрушка, я грешен”. – “Но все равно ты верный”, – успокаивала она. Это слово нравилось мне: какое-то надежное, счастливое. Для себя я сделал вывод: если верным быть, значит, лучшего и желать не нужно.

При выходе из храма я опять услышал шепот:

– Ты замужем, Нюрушка, была?

– Нет, нет! Я обет Богу дала.

– Возьми вот пирожок… Может, у тебя дома есть нечего…

– Что ты… Масла вон какой комок. Я ведь по средам и пятницам его никогда не ем, так что надолго хватит.

– Почему?

– Не хочу с предателем Иудой в эти дни наслаждаться.

Тут я подумал: “Вон оно что! А я этого и не знал”.

– Тетя Нюра, вот тебе конфета. Помолись обо мне.

– Спасешься ты, сынок. “Верую” с верными пел. А вот просфору соседке своей передай, она болеет. Оставайся с Богом.

Поклонилась и ушла. Вот такие Нюрушки и есть верные, они Угодники Божий, а от них и нам спасение.